«Сказал Сабонису: «Примеряй сапоги, стригись покороче, человека из тебя сделаем». Массажист, отработавший в ЦСКА 55 лет

Армейский клуб провожает на заслуженный отдых легендарного Аскера Барчо.

Дом в Ясенево, где он живет почти полвека. В дверях подъезда сталкиваюсь с приятными молодыми людьми — позже хозяин скажет: «Внучка с месячным правнуком навещала». В квартире встречает рыжий кот Патрик. Лапка перевязана после капельницы. Патю шатает и опрокидывает, Патя голосит от боли. Ему 17 лет, у него позвоночная грыжа. Маленькая рыжая грусть в квартире, где его обожают и откуда скоро уходить на радугу.

С кухни тянет чем-то нестерпимо южным. Вскоре оно появляется на столе, принесенное хозяйкой Светланой, эстонкой по национальности. Присыпаю адыгейской солью из солонки, какая же еще в доме у адыга? «Приучил вас муж к своим рецептам?» — спрашиваю северянку. Твердо заявляет: «Готовить не люблю, но приходится». Ага, думаю, наворачивая. Все бы так не любили.

Я за рулем, а Деду не воспрещается. Наливает граммов 70 «риохи» и растягивает их на три часа воспоминаний.

Жесткий ответ

— Можно не спрашивать про то, как в 1966-м вы оказались в большом ЦСКА? Все знают, что классно бегали, выиграли чемпионат СССР в эстафете 4×100, стали тренировать, попали в баскетбольный клуб и не покидали его с 1976-го. А вот почему покинули, не знает никто.

— В конце июня все решилось. Сказали, что пора.

— Кто сказал?

— Президент клуба. «Всю инфраструктуру нам сломали, ездить тебе стало далеко, многое непонятно…». Я в принципе был готов. Тяжело, конечно, — как раз день рождения, 75 лет, и такой подарок. Но это жизнь, куда денешься.

— Ваша зарплата была большой нагрузкой для ЦСКА?

— Не мне судить. Состоялся разговор год назад: «Будешь работать, сколько сможешь и захочешь». Вышло иначе, принял как должное.

— Что стало с вашей знаменитой комнатой в УСК ЦСКА, увешанной регалиями, вымпелами, майками? Цитаделью релакса с манящим холодильником.

— На складе она. Когда съезжали, упаковали всю историю в коробки. Собирал и развешивал по стенам много лет, предмет к предмету, память к памяти. Ребята из тренерского штаба помогали, доктора. Что будет дальше с этим архивом, неизвестно. В Крылатском помещение не дают, да и люди новые в команде, со своими мыслями. Появится подходящее пространство — помогу обустроить, естественно, даже спрашивать не буду.

— Кто вас заменил в должности?

— Года три назад пришел из биатлона крымчанин, нормальный парень. С остальными меньше знаком, некоторых на играх только видел. Но такого как было, думаю, не будет в плане атмосферы.

— Кому вручили бы знамя хранителя традиций?

— Пока никому.

— Чествовать вас собираются, слышал, 11 ноября.

— На матче с «Маккаби», то ли до, то ли в перерыве. Подробностей не знаю, но приятно.

— Сильно поменялся распорядок дня после ухода?

— Целиком. Когда привык крутиться с утра до вечера, куча дел, ребята заходят, жизнь кипит, и так 45 лет подряд, тяжеловато без этого. Теперь встал с утра, зарядку сделал, чаю попил, пошел в ясеневский лес. Есть там круг, километров пять, за час-другой преодолеваю в среднем темпе. Потом сяду на скамеечку, позвоню, поговорю с кем-нибудь, — полдня прошло. После обеда можно в магазин сходить, в выходные с внучкой и правнуком на дачу съездить, там баня, свежий воздух. Выпивать не тянет, иной раз рюмку хорошего коньяка приму в охотку, и хватает. Жизнь как жизнь.

— Коньяк — любимый напиток?

— По настроению. У меня в комнатке и виски, и водки, и чачи полно было. Редко сам покупал, игроки дарили в основном. Никогда не просил — привозили и вручали. И до сих пор вручают. На день рождения три литра дорогого виски преподнесли и конверт со ста тысячами. Курбанов с Антоновым иной раз звонят: «Дед, водитель завезет кое-что, будь дома». Не забывают меня в команде. На игру наведался — все подошли, обняли. До этого вице-президент Наталья Фураева позвонила, пригласила. Оформили мне пропуск и место выделили на паркете.

— В смысле на паркете?

— Рядом со скамейкой, с командой, сказали, за мной будет закреплено, когда захочу прийти.

— В «Мегаспорте» QR-код проверяют. Есть у вас?

— Второй раз уже привился, как не быть? Даже подарок получил от мэрии. Записался в поликлинику, укололся, они говорят: «Выбирайте, 10 тысяч рублей или приз». Ну что, думаю, деньги, взял подарок: прибор для измерения давления и пульса, зубную щетку с пастой, шампуней разных штук пять, витамины.

— Знаете английский?

— Почти нет, на самом простом уровне.

— Кто-то из болельщиков предположил: много стало легионеров, часто меняются, может, поэтому Дед не может поддерживать нужную атмосферу в раздевалке.

— Не-е-ет. Язык, ясное дело, лучше знать, но иностранцы меня всегда понимали. Любые, без словаря.

— Курбанов назвал вас безоговорочным MVP раздевалки. В чем это проявлялось, какие слова находили?

— Правильные. Матом ругался. Подходил к каждому, когда тренеров не было, и убеждал, применял навыки. С молодости умею быть доходчивым.

— Всерьез вели беседы?

— Какие шутки, если идет тяжелая игра?! Подойдешь, потрясешь: «Дава-а-ай!» Во время матчей, когда стоял за скамейкой, сам заводился и игроков заводил. Может, тренеру этим не нравился, мне так кажется. Старался сдерживаться, но иногда вырывалось. С другой стороны, всю нашу медицинскую бригаду убрали, четырех человек. Меня, двух врачей, серба-физиотерапевта. Хотя тот же доктор Кожокарь сильный спец, больше 10 лет работал. И в сборную я его позвал. Упирался, а я давлю: «Должен за честь считать, это же сборная!» На Олимпиаду с ним ездили, до сих пор вспоминает с благодарностью. Сейчас его снова в сборную зовут, 58 лет, молодой еще, должен соглашаться.

— Как человеку с нормальным ростом быть убедительным в общении с большими? Вы же снизу вверх на них смотрели.

— Так сложилось с самого начала, с первых моих дней в команде. В 76-м она была не хуже, чем сейчас. Белов, Жармухамедов, Еремин, Мышкин… Созведие, почти сборная СССР, которая обыгрывала всех в Европе и мире. Большинство игроков я и раньше знал, жили в армейском пансионате на Песчаной, дружили. Как-то сразу с доверием стали относиться, подход к ним имел. А они уже рассказывали следующим, наверное.

— Иностранцам тоже?

— Видимо, да, потому что проблем не возникало. До сих пор списываемся, созваниваемся с Родригесом, Хайнсом, Смодишем. С Мессиной тоже, тот вообще друг.

В 70-х воду еще не выносили на площадку, только в раздевалке стояла «боржоми» в стеклянных бутылках. И полотенец тоже не было на паркете. А я подсмотрел в НБА, стал брать, команде понравилось. Некоторые поначалу осторожничали, но со всеми притирался в итоге. При этом делал для игроков все. Принести, унести, помочь — пожалуйста. Однако неуважения не допускал, сразу отвечал. Жестко!

Ветеранам всегда помогал и до сих пор помогаю. Володя Андреев недавно звонил, лапы большие, трудности с обувью. «Я там уже не работаю, — отвечаю, — но пока немножко в авторитете, постараюсь через знакомых». Даже гандболисту Чернышову помог, который себя в шутку говноболистом называл, хотя был лучшим защитником мира. 74 года, рост за два метра, что человеку носить? Ветераны создавали имя ЦСКА, а кто не помнит прошлого, у того нет будущего.

В команде сначала друзья мои играли, ровесники. Потом помоложе поколение, затем сыновья по возрасту. Теперь внуки. Хотел до правнуков дотянуть — не получилось.

— Старше стали — все равно жестко отвечали на неуважение?

— Конечно. Просто в молодости заводился вообще с пол-оборота, потом чуть успокоился. Шутки — сколько угодно, но если всерьез затрагивали, сразу реагировал.

Фарфор для Гомельского

— Почему, приехав в Москву с юга, вы закончили смоленский инфизкульт?

— На самом деле его филиал в Малаховке. Учился заочно, предлагали на дневное перевестись, но кто, спрашиваю, мне зарплату платить будет? В вузе стипендия скромная, а в ЦСКА я на ставке 140 рублей. На этом вопросы закончились.

— Вы служили в Группе советских войск в Германии и почти не рассказывали об этом, хотя пять лет — большой кусок жизни. Что там было, чем занимались?

— В 71-м показывал неплохие результаты на Спартакиаде и Кубке СССР, стал чемпионом Москвы, считался кандидатом в олимпийскую сборную. 10,3 на стометровке — хорошие секунды. Начальник физподготовки ВВС германской группы войск подошел на соревнованиях, позвал к себе. «Условия для тренировок отличные, две зарплаты будешь получать, в Союзе и за границей». Почему не поехать? Я только женился, квартиры все равно не было, жил в гостинице. Согласился.

Честно говоря, хотел заработать. Уже в первый месяц что-то продал, что-то купил, деньги завелись. Товары в ГДР хорошие были, не хуже, чем в ФРГ, и дешевле при этом. Посуда, обувь, джинсы — в Союзе уходило всё. Сапоги женские итальянские на платформе стоили там 50 марок, это чуть больше десяти рублей. Здесь за 150 рэ с руками отрывали.

Правда, на Олимпиаду-72 не попал, травму получил на первенстве СССР. Продолжал тренироваться, квартиру мне дали в немецком городке под Потсдамом. Олимпиадорф, слышали про такой? Там сборная Германии готовилась к Олимпиаде 1936 года. Стадион сохранился, спортивные залы. Выступал, выигрывал.

— Семью в Германию взяли?

— Оставил жену у бабушки в Тарту, дети там выросли, маленькими только по-эстонски разговаривали. В ГДР их забрал позже.

— Адыг и эстонка, принято считать, по темпераменту совсем не сочетаются.

— Так и есть. Но все равно подошли друг другу — она терпеливая. А я семьянин, обеспечивал как мог, все самое лучшее — родным, они это знают.

— Звание какое у вас было в Германии?

— Старший прапорщик.

— За забор выпускали?

— Официально выход был ограничен, но мотались в Берлин на электричке, по окрестностям тоже, в гаштеты захаживали. Нравилось мне там служить.

В 1976-м Александр Гомельский привез к нам команду на сборы. Я его помощника Стародубцева знал, дружили. Он попросил помочь: «Тренер закупиться хочет. Фарфор, сервизы, что-нибудь такое». Назавтра приехали за мной на черной «Волге». А у меня в знакомых дед с бабкой немецкие, держали магазинчик на Варшауэр-штрассе с 30-х годов. Привели в подвал: «Выбирайте». Удобно, купили все в одном месте, загрузили в багажник, больше искать не пришлось.

— Поехали обедать в гаштет, разговорились. «У тебя пятилетка в Германии когда заканчивается?» — «В сентябре. Потом рассчитываю тренером по легкой атлетике в большом ЦСКА устроиться, вроде договорился». — «Давай лучше к нам, в баскетбольный клуб, оформим перевод». Отлично, собрал вещи, отправил жену в Москву, жду документы, а их все нет. И тут как раз с начальником физподготовки сцепился.

— Отнесся без уважения?

— Ругал, оскорблял. Устроил собрание и при всех: «Чем ты тут занимаешься? Приехал наживаться, на соревнования положил». А я на сессию в Москву отпрашивался, ни на что не клал. Отвечаю полковнику: «Ты сам зачем сюда приехал, старый пердун? Я — заработать, а не наживаться. Но моя жена, в отличие от твоей, бутылки по городку не собирает».

— Действительно собирала?

— Да. Они каких-то денег стоили, но все равно бросалось в глаза. Не сказал бы, если бы он не вынудил. Смотрю, покраснел, набычился. Через время заглядываю к начальнику отдела кадров, спрашиваю насчет перевода. А он мне: «Выпить есть? Заходи, по трезвому обсудим».

— Тревожный сигнал.

— Налили по одной, по второй. «Бумаги на тебя пришли. Только едешь не в Москву, а в Оренбург, преподавателем в военное училище. Начфиз постарался. Горячку не пори, уволиться всегда успеешь. Съезди, оглядись, что-нибудь придумаешь».

— Съездили?

— Сначала заглянул в ЦСКА. С Мышкиным на трамвае вместе ехали, у него первый визит в клуб и у меня тоже. Там Гомельский. «Как не было документов? Ну-ка подожди». Позвонил в штаб ВВС, разузнал. «Все нормально, съездишь в Оренбург, дождешься бумаг и вернешься».

— Купил билет на самолет, начало ноября, туманище. Сидели долго в аэровокзале со Стасом Ереминым, он жениться летел в Свердловск. Меня друзья провожали, пока ресторан не закрылся. Наконец объявили посадку. Приезжаю в Домодедово, а там народу битком, и снова отмена рейса. Спускаюсь в подвал, нахожу свою сумку, уже прошедшую регистрацию, выбираюсь обратно. До сих пор не могу понять, как удалось. Силовым способом сажусь в такси, иначе вообще не уехал бы, возвращаюсь в Москву и отчаливаю на следующий день в Оренбург на поезде.

— Довелось поработать с курсантами?

— Неделю всего там пробыл. Но ударную. Ребята с кафедры по-братски отнеслись, не бросили, пока у меня деньги были. Майор-сибиряк к себе зазвал на омуля с пельменями. Начальник училища знал, что не задержусь, разрешил уехать обратно, документы обещал вслед прислать. И действительно личное дело одновременно со мной в ЦСКА поступило.

— Там-то ждали вас?

— Да, но должности все были заняты. Нашли ставку в части ПВО под Воскресенском, ездил зарплату получать раз в месяц. Электричка, сорок минут на автобусе, два километра в лес пешком. А там начфин, начфиз, начальник штаба — все знакомые. Естественно, из зарплаты домой привозил половину, причем ночью, такое выпало испытание. Сидели весело — добирался тяжело, на грузовых попутках.

— В клубе что-то приплачивали?

— Других денег не было, одна зарплата.

— Жена что говорила?

— Огорчалась. «Для чего это все?» — «Так надо». Не хватало на жизнь, что скрывать. 140 рублей и привет.

— Поставки из ГДР уже кончились?

— Конечно. Пока были, королем себя чувствовал. Сам никогда не торговал, поймают, стыда не оберешься, сдавал в комиссионку. Получалось три к одному по выгоде. Как-то собрался срочно в Союз, а взять с собой нечего. То ли закрыто было, то ли расхватали нужное, не помню. Пошел в обычный магазин, стоят дешевые хрустальные вазочки по пять марок. Закупил штук двадцать, тяжелые, еле довез. Сдал в комиссионку на Горького по 27 рублей. Четвертак чистыми на руки! Звоню другу, бери, говорю, срочно. Он пошел на следующий день — уже нету, сообразил кто-то, видимо… Возили, что делать. Жизнь заставляла.

Вино от Мессины

— Всех мы с вами не вспомним, но давайте так: называю фамилию, а вы мне историю про этого человека.

— Попробую.

— Гомельский, естественно.

— Однажды мы с ним оказались в тупике.

— Творческом?

— Железнодорожном. Ехали из Ленинграда на игру в Таллин и всей командой проспали вокзал.

— Так бодро ехали?

— Нет, заснули крепко. Проводники как будят? Тук-тук, ваша станция, и дальше пошел. Ребята — да-да, и дальше спать. Открыли глаза вместе с Гомельским — в депо стоим, вокруг шпалы со стрелками.

Другую историю уже рассказывал. На сборах в Архангельском Еремин с Мышкиным пошутили: приволокли под дверь Едешко рекламную картонную стюардессу в человеческий рост, поставили впритык в темноте. Вместо Ивана дверь почему-то открыл Гомельский. Охнул, присел, ругался потом на «уральских самоцветов», как он их называл.

— Если выделить главное качество Гомельского, какое назвали бы?

— Сильный психолог. Требовательный был, жестко спрашивал, но через время вдруг вел себя как ни в чем не бывало. Знал человеческую природу, команду здорово настраивал на матчи. Для игроков многое делал, это ими ценилось. Машину хоть и за свои деньги выкупали, но ее же еще выбить требовалось! Гомельский это умел, у него все было схвачено.

С Беловым отношения у них прихрамывали, но это не афишировалось. Белов давал результат, в спорте нет ничего главнее. Выходи и играй, с личным потом разберемся, командное на первом месте.

— До открытых конфликтов доходило?

— До всяких доходило. И не только с Беловым. Правда, у того характер тоже не сахарный. Читали его автобиографию? Мне очень не понравилась.

— Почему?

— «Я» в этой книжке много. Он же не один побеждал, верно? Бывает, забьет последний бросок, но до этого все играли, не только Белов. Про Олимпиаду-80 написал: раньше времени примерили золотые медали, а главный тренер — орден, расслабились, бухали, я им говорил, они не слушали. Ну как так?! Работал я в сборной на тех Играх, не было в ней одного святого и всех прочих грешников. Никто не пил, точно знаю, зачем так о своих товарищах? Не упоминая при этом, как с Модей Паулаускасом отдыхали на пару.

— Следующая фамилия — Мышкин.

— О-о, таких игроков сейчас нет. Легкий, с броском, с проходом. И раздолбай. Проводил я беговую тренировку при главном тренере Селихове. Снега по колено в Архангельском, но куда денешься. Подходит Мышкин: «Знаешь, кого тренируешь?» — «Кого?» — «Лучшего игрока Европы! А ты его заставляешь снег месить». — «Потому ты и лучший, что я тебя тренирую. Скоро станешь лучшим игроком мира».

— Этторе Мессина.

— Мой друг, встречались на последнем «Финале четырех». Строгий, заводной, но отходчивый. Уважал меня, и я его тоже, как всех тренеров, впрочем. Помню самый первый сбор Мессины, когда он повез команду в Болонью. Был там белокурый малыш, его сын Филиппо. Только начал ходить, на плечах сидел, я ему мячик подбрасывал. А сейчас подошел — елки-палки, выше на голову, здоровенный мужик!

Но история такая. Мессине в Италии дарили вино ящиками. Перед отъездом зовет: «Дед, бутылок тридцать надо в Москву увезти». Только нельзя с собой в салон жидкости брать, запрещено. Значит, заворачивать каждую в полотенце и в багаж сдавать. «Давай так, — отвечаю, — ты мне даешь пять бутылок, остальное твое». — «Нет». — «Ладно, три». — «Нет».

— Шутили?

— Я-то в шутку, а он не знаю, может, всерьез. «Тебе что, жалко? Вон сколько у тебя!» — «Две бутылки». — «А если разобьются в дороге, я буду отвечать?» И про себя думаю: как он узнает, разбились или я взял? «Отвечать будешь ты, — говорит Мессина, — а разобьются, покажешь осколки». Такие вот у нас разговоры были.

— На каком языке?

— Я ему по-русски, с пальцами, он мне по-итальянски. Когда в Москву приехал «Милан», пришел я в «Мегаспорт». Тех, кто старше 60-ти, не пускали внутрь — подождал на улице, где автобусы подъезжают. Выходит Мессина: «О-о-о!» Обнялись, разулыбались. И бутылку граппы мне — бах! Родригес привез вино, а Хайнс ни хрена. «Кайл, — спрашиваю, — где «дьюти фри»?» Он аж в лице переменился: «Деда, прости, забыл». В последний год я с командой не летал за границу, так Кайл всегда покупал две-три бутылки виски по 100-150 евро, хотя я не просил, и передавал с доктором: «Это Деду». Каждую поездку!

— Что насчет Сабониса?

— В 90-е клуб оплачивал нам после сезона недельный отдых в испанском Торремолиносе, это под Малагой. Море в трех минутах, хороший отель, трехразовое питание. Приезжали с семьями, кто хотел, мог продлить за свой счет. А рядом апартаменты Сабониса, дом его испанский. И вот прилетаем из Москвы уставшие, идем в номера, я живу с Юрием Юрковым, первым президентом ЦСКА. Только прилегли отдохнуть, стук в дверь. Входит Сабонис, подпер потолок: «Чего разлеглись? Что будем делать?»

Он тогда за «Портленд» играл, тоже прилетел в Испанию после сезона. Пошли к нему.

— Вернулись в этот день?

— На следующий. Холодильник у Сабониса забит напитками, а из закуски только арахис с чипсами. Сидим вчетвером, еще его тренер был по физподготовке, тоже прибалт. Культурно отдыхаем, хрустим, разговариваем. К вечеру выбрались поужинать. Мясо вкуснейшее, выпили прилично. Юре говорю: пора в отель. Сабонис: «Стоять. Опять идем ко мне».

И не поспоришь. Продолжили беседы на новом уровне. Ну и зацепились с тренером этим. Он мне: «Крышка вашей России, нищая, голодная». Я ему: «Не зли майора под землей, он хоть и голодный, нажмет кнопку, и не станет твоей страны в три секунды. Да что там кнопка, я тебя сам сейчас угандошу». Сабас с Юрковым молчат, а мы чуть до драки не дошли.

В итоге успокоились, разошлись к утру, Сабонис легко не отпускает, нормальный мужик. Вспомнил, как я его молодого в ЦСКА вербовал. «Готовься сапоги носить, — говорил, — и стрижку короткую, человека из тебя сделаем». С тех пор как видимся, он все время про сапоги напоминает.

Разбитое стекло

— Сергей Тараканов?

— Сидели на сборах в Архангельском, вызывает на разговор Селихов: «Тараканов возвращался на «жигулях» из Москвы и сбежал от гаишника. Заскочил в ворота базы, а гаишник за ним, требует поисков. Выручай».

Захожу в кабинет, там этот милиционер. Селихов представляет: «Наш главный». «Что такое?» — спрашиваю. — «Да вот, остановил вашего, — отвечает гаишник, — а он на меня давай наезжать, фуражку сбил, удрал». Приказываю Селихову командирским тоном: «Позови-ка его сюда». Приходит Тараканов, молодой еще, только в команду зачислили. Я на него: «Клуб позоришь?! Сгною, с зарплаты сниму, в часть отправлю! Извинись сейчас же!» Ору, матерюсь, гаишник слушает и уже вроде как слегка жалеет Серегу. «Ладно-ладно, вы уж его сильно не наказывайте».

Проорался я, начальник все-таки, имею право. Тараканов ушел, гаишник оставил телефон. Назавтра я ему набрал и отправил спортивный костюм. Тот аж расцвел: «Звоните в любое время, всегда помогу!» Не знаю, вспомнит это Серега или нет. По молодости с кем не бывало, а человек он порядочный, много лет общаемся.

— Правда, что вас с Юрковым от отравления в Афинах спас вечер с напитками?

— Не знаю, что спасло, но посидели в гостях у Сашки Волкова хорошо. Может, и нейтрализовало, потому что воды я этой выпил до хрена. По возвращении в Москву у всех взяли анализы, в моих галоперидола было больше, чем у кого-либо. Но самочувствие нормальное. А доктор, к примеру, еле ходил и не знал причину. Пошли прогуляться по Афинам — не могу, говорит, сядет на лавку и сидит. Игроков тоже скрутило, про это много писали в свое время.

— Владимир Ткаченко не при вас стекло в гостинице телом разбил?

— В бельгийском Льеже это было, знаю от очевидцев. Пошел дождь, Володя решил укрыться и шагнул в гостиничное фойе прямо через стекло. Чистое было, не заметил. И жутко толстое. Народ обалдел от звона, кинулся собирать осколки на память. Я их видел, доктор показывал. Пришел хозяин отеля, сказал Ткаченко: «Пропустил шоу, к сожалению, если соседнее стекло так же разобьешь, заплачу». Вова не стал, хотя на нем не было ни царапины.

— Про Димитриса Итудиса есть история?

— Подумать надо. Сначала-то все нормально было…

— А потом?

— Не знаю. Я ничего плохого не делал. И этому, и любому другому тренеру. Не обсуждал, не осуждал. Мог сказать в неформальной обстановке: «Етить-колотить, надо было так, а не этак». Но не больше, потому что не мое это дело, тренеру советы давать. Да и говорю же, сначала все нормально было. А потом он стал какой-то…

— Нервный?

— Важный. Хотя, может, и неверное слово, не хочу об этом говорить.

— Видел однажды, что творили на матче болельщики «Сиены». Мирные виноградари заплевали Мессину с ближней трибуны так, что в перерыве ему пришлось голову мыть. Сталкивались с более экстремальным болением?

— Драхмы и лиры летели в нас постоянно, ранили до крови. Во второго тренера Диму Шакулина запустили в Витории апельсином. Да так, что уделали ошметками весь костюм. Из Испании мы летели в Самару, ему туда специально чистый подвезли. А однажды я сам Шакулина облил, водой, правда.

— За что?

— На эмоциях. Играем в Лондоне за третье место с Аргентиной, кто-то из наших мажет «трешку», у меня в руках открытая бутылка с водой. Ну, я ее и сдавил в сердцах. Дэвиду Блатту слегка на воротник прилетело, а Дима на себя весь поток принял, аж подлетел от неожиданности. Хорошо, что в горячке матча не до того было, а когда выиграли, и подавно.

— Где сейчас Шакулин?

— Ездит с лекциями по стране, в клубах пока не востребован. Хотя соображающий и баскетбол знает здорово. Истек контракт вскоре после прихода Итудиса, новый не подписали. Такова жизнь.

— Продолжим галерею образов. Папалукас?

— В Греции всегда спрашивал: «Дед, тебе сколько бутылок «метаксы»?» Я отшучивался: «Каких бутылок? Ящик!» Через время — р-раз, и вправду ящик.

— Почему сливовицу от Смодиша в команде называли «стиратель»?

— Потому что память стирала под ноль.

— Точно. Я ведь пробовал, но забыл.

— За 50 градусов, натурпродукт. А еще он настойкой угощал на черноплодной рябине, изумительный напиток. На матчи в Центральной Европе всегда приезжала родня Смодиша на нескольких микроавтобусах. Привозили это дело в пятилитровых бутылях, штук по шесть. Их в Москву везти надо, а это непросто, изворачивался по-всякому. И пироги с мясом доставались в самолете всей команде, словенские буреки. Редкая вкуснятина.

Смодиш после каждого победного сезона дарил мне швейцарские часы. Одни я забыл на контроле в кипрском аэропорту. Очень жалел, все-таки память.

Золотая свадьба

— Про Едешко что вспомните?

— Шухарной был по молодости. Игрок хороший, а тот пас в финале Олимпиады-72 сделал его знаменитым. Даже обижался слегка: «Будто я ничего кроме этого паса в баскетболе не добился!»

— Холден?

— Русского не знал, только два слова, оба непечатные. Применял в волнении по поводу и без. Перед финальной серией чемпионата России с «Химками» купил билеты домой, хотя не было известно, сколько матчей нас ждет. И как давай их фигачить в третьей игре, чтобы до четвертой не дошло! Специально себя мотивировал, рвал «Химки» со страшной силой. На чемпионский банкет никогда не оставался, сразу улетал.

— Душан Ивкович?

— Очень душевный человек. Мы его так и звали — Душа, хотя другие Дудой. Несправедливость жутко не любил, царствие ему небесное. Если кто предаст, переставал для него существовать. Спросит иной раз: «Как дела, Аскер?» — «Хреново». — «Я тоже так думаю».

После тренировки мог сказать: «Сегодня едем ужинать в ресторан». А однажды пригласил наш штаб, человек десять, в посольство Сербии, там есть вкусное заведение. Поели, выпили, перебрались в ночной клуб возле ЦУМа. В первый и последний раз я в таком месте оказался. На улице народ толпится, очередь, но хозяева, сербские кореша Ивковича, провели нас с уважением. Слышу, молодежь бухтит: «А эти старперы куда собрались?» Сесть негде, встали в центре, по подиуму девка ходит. Душа заказывает выпивку, таскают нам эти шоты. Дай, думаю, тоже закажу парочку. Назвали цену — дураком себя почувствовал. А Ивковичу хоть бы что, не жадный был ни на грамм.

— Чем закончилось?

— Разъехались под утро, за несколько часов до тренировки. На цыпочках открыл дверь, лег, чтобы жену не разбудить. Потом выяснилось, что некого было будить, она уже на работу ушла. Я тоже умылся, встряхнулся, поехал на тренировку.

— Почему ЦСКА Ивковича уступил в домашнем «Финал четырех»-2005, ваша версия?

— «Олимпийский» нефартовый, не любил я его. Ровно там проиграли Олимпиаду-80. И еще перегорела команда, мне кажется. У нас в том регулярном сезоне было единственное поражение. Во всем сезоне, во всех турнирах! Если бы прошли в полуфинале «Басконию», финал не отдали бы. Но не сложилось на ровном месте. Бросали — не попадали, трагедия для всех.

— Когда у вас золотая свадьба?

— Недавно была, 22 октября. Посидели с детьми дома, сейчас банкет не устроишь, не те времена.

В разговор вступает жена Светлана:

— Государство поздравило денежкой, 25 тысяч. Но вычло налог, осталось 22 тысячи.

— Каждому?

— На двоих. («Бабушка себе забрала», — уточняет Исмаилыч.)

— Родина у нас экономная. Могла год жизни в тысячу оценить, но решила, что больше пятисот такое не стоит.

— И про налоги не забыла. Хоть свадьба и золотая, а вынь да положь.

— Пенсия у вас большая? — спрашиваю хозяина.

— 45 тысяч.

— В сравнении неплохо, но для Москвы негусто.

— Будем жить, куда денешься.

— Клуб обещал помогать?

— Слышал, что да.

— Что означает по-адыгейски ваша фамилия?

— Барчо — храбрый.

На самом деле вместо «ч» был воспроизведен звук, который автор не может ни повторить, ни тем более написать.

— Адыги и шапсуги — одно и то же?

— Да. Еще кабардинцы и черкесы, мы все одна народность. И язык тот же. Все сочинское побережье — наши названия. Дедеркой, Шепси, Шахе, Чемитоквадже, Кичмай… Сочи — Шъачэ по-адыгейски, Туапсе переводится как «двуречье». Чуть выше раньше жили бжедуги, в районе Новороссийска и Анапы — натухайцы, тоже адыгские племена.

— Детство часто вспоминаете?

— Оно всегда со мной. Рос в ауле через реку от Краснодара, через Кубань. Ходили по дальнему мосту в городской парк на танцы, была еще лодочная переправа, а зимой по льду. В какие-то дни нас с матерью забирал катер, ехали продавать помидоры на Сенной рынок. Бежишь изо всех сил, чтобы место занять. Мать торгует, а я лечу за пятикопеечными пирожками с картошкой и ливером, за ряженкой в граненых стаканах с сантиметровой запекшейся коркой. Дома такая же, но для ребенка покупное всегда вкуснее. А сколько на рынке калек было после войны? Сидели на колясках или тележках с подшипниками вместо колес, продавали кожаные ремешки и безделушки. Рынок был для меня как культпоход — все пестрое, яркое, интересное.

— Что из адыгейской кухни стоит попробовать?

— Мать часто делала щыпсы — подливу с курицей. Еще картошку запекала со специями.

— Рассказали вы про себя все, кроме одного. Расставание с ЦСКА — сильное переживание?

— Очень. Иной раз тащу сумки большие с формой, суечусь, еду куда-то, потом вдруг открываю глаза и понимаю: снится. Раньше думал: как это пенсионеры не хотят уходить? Пора отдохнуть, хватит уже работать. Когда сам столкнулся, ощутил: тяжело это. Не жалуюсь, все принял, так устроена жизнь, судьба. Хотя пару-тройку лет мог бы еще поработать. С ребятами и в хлопотах лучше себя чувствуешь, забываешь про болячки. Мой первый детский тренер Евгений Мартьянов, представьте, работает в свои 83, тренирует бобслеистов. Я в его первом наборе был после института. Жену похоронил, переживает, но не сдается, встречаемся в отпусках.

Когда работы нет и больше не будет, по ней начинаешь тосковать по-особому. А если занимался этой работой 55 лет… Да что там говорить. 

Кеннет Фарид едет в ЦСКА. В России звезд такого уровня еще не было

И да, у него необычная семья, но сейчас не об этом.

Вы уже могли слышать необычный факт из жизни Кеннета Фарида: его воспитывали две мамы. Но за желтизной заголовка легко упустить по-настоящему важное.

В Москве можно будет прийти на матч реального чемпиона мира в составе сборной США. И такого еще никогда не было.

https://twitter.com/cskabasket/status/1447096091036508161

За ЦСКА уже выступал Траджан Лэнгдон, игравший за американцев на ЧМ-1998. Кстати, об этом факте как-то слишком легко забыли лет через 10-12, когда в России было много шума о возможной (на самом деле нет) выдаче защитнику российского паспорта для заигрывания в нашей национальной команде. Правда, чемпионом мира Траджан Лэнгдон так и не стал: 23 года назад американцы проиграли в полуфинале сборной России с ее нынешним генеральным менеджером Сергеем Пановым в составе.

Сейчас в Москву едет настоящий баскетболист сборной США (бывший, но оттого не менее настоящий). Чемпион мира, и не в качестве какого-то там 12-го запасного, а вошедший в символическую пятерку турнира. 

И он уже наверняка знает кое-что о России от своего бывшего партнера по «Денверу» Тимофея Мозгова. А что Россия знает и помнит о нем?

Давайте разбираться, почему Кеннет Фарид — самый нестандартный легионер из выступавших в Единой лиге.

https://twitter.com/cskabasket/status/1447549678778716161

У Фарида необычное даже прозвище — Мэнимал. Игра английских слов man и animal («человек» и «животное») отсылает к природному чутью Кеннета и его движениям на площадке. С годами они могли стали чуть менее эффективными, но узнаваемость — все та же.

Мэнимал не просто 8 лет провел в НБА, а играл на действительно звездном уровне. Кевин Дюрант, как и Фалькао, к нам пока не приехал, но Фарид — это максимально близко, насколько ЦСКА мог подобраться по суперзвездной шкале. Даже номер у него будет такой же, под которым Кей-Ди провел большую часть карьеры, — 35.

Высокий игрок с кошачьими инстинктами — именно то, что нужно сейчас ЦСКА. Фарид — полная противоположность и Кайлу Хайнсу, чья рама украшала пространство под обеими корзинами в «Мегаспорте» семь лет, и огромному Николе Милутинову, который опять травмировался в начале сезона. Кеннет достаточно габаритен и прыгуч, чтобы защищаться и бороться за подборы под чужим щитом, но при этом подвижен и быстр. В любой момент и в любом месте. Блок с двух рук заказывали?

Вопросы к нынешнему статусу мобильности и физической формы в целом разумны, когда игрока не было на радарах последние два года. Тут остается верить в скаутов ЦСКА, они ерунды не посоветуют. Серьезно, много ли трансферов клуба вспомните, которые не оправдали надежд? Майк Джеймс не в счет — его уход не связан с баскетбольными способностями.

Лучшие годы Мэнимала могут быть в прошлом, но даже того, что осталось, будет достаточно для уровня Евролиги. Еще раз: Кеннет Фарид на максималках — это постоянное место в стартовой пятерке на протяжении 5 сезонов в НБА, начиная с первого. 13,7 очка и 8,6 подбора в регулярном чемпионате-2013/14 и похожие цифры в других сезонах говорят, что все серьезно. 

О противоположном говорят два прошлых сезона, которые Фарид провел в Китае и Пуэрто-Рико. Последний клуб только на первый взгляд смешной по названию: «Леонес де Понсе». На самом деле Понсе — это просто город (привет болельщикам футбольного «Спартака»), а «Леонес» — Львы (вы тоже догадались). И вполне себе неплохой клуб, 14-кратный чемпион Пуэрто-Рико с ареной на 8 тысяч зрителей (на секундочку, в России такая лишь у ЦСКА, да и то не на все матчи Единой лиги). И если Мэнимал покажет в России хотя бы половину своих умений, его клуб можно будет заранее поздравить с выходом в «Финал четырех» Евролиги.

Фарид приедет в Москву, как только победит визовые формальности. Контракт пока на два месяца, но с опцией продления до конца сезона, если все пойдет хорошо.

Совсем без темы родителей в истории Кеннета нельзя. Во-первых, их двое, и уже поэтому мальчик рос в счастливой семье. Пока у его биологической матери не обнаружили волчанку — аутоиммунное заболевание, способное поражать любые органы. Водда Фарид оказалась между жизнью и смертью, когда Кеннет доигрывал за университет и готовился к дебюту в НБА. Он играл ради нее. Она выкарабкалась — сейчас живет с пересаженной почкой. И это важнее, чем все остальное, что нужно знать о его семье.

В России стартует баскетбольный сезон. Он будет незабываемым — и мы знаем почему

Прямая трансляция матча открытия Единой лиги УНИКС — «Локомотив-Кубань» — в 18:55 на канале «Матч! Страна».

Сегодня стартует 13-й сезон Единой лиги. Разбираем, кто лучше всех к нему готов и вообще за чем следить.

Прямая трансляция матча УНИКС — «Локомотив-Кубань»

Швед вернулся в ЦСКА

И это главная новость всего российского баскетбола. Оценивать летние трансферы самого богатого клуба России еще никогда не было так легко.

Раньше ЦСКА напрашивался на упреки в больших расходах на игроков. Когда у тебя самый большой бюджет в стране (в сезоне-2020/21 — свыше 2,8 миллиарда рублей, или 38,3 миллиона долларов), ты можешь позволить себе подписывать суперзвезд каждое лето. И ЦСКА это делал, чтобы было кем выходить в очередной «Финал четырех» и быть претендентом на победу в Евролиге на постоянной основе.

Алексей Швед вернулся в клуб, где стал звездой. И сделал это раньше, чем Криштиану Роналду.

На европейском рынке этим летом были он — и все остальные. Вопросы денег отходят на второй план, когда речь об игроке уровня Шведа. Но ЦСКА даже тут сделал красиво: зарплату Алексею он будет платить меньше, чем было в «Химках», а разницу покроет бывший спонсор подмосковного клуба. Если бы стороны не заставили эту сложную схему работать, Швед до сих пор остался бы на контракте с почти обанкротившимися «Химками» и это точно добило бы клуб. А так — хотя бы молодежка выжила.

Но на Шведе усиление ЦСКА не заканчивается. В столицу переехал центровой Владимир Ивлев. Ну как переехал — вернулся в родной город. Сергею Базаревичу (или тому, кто сменит его на посту главного тренера сборной России) теперь будет еще сложнее набрать состав для отборочных игр ЧМ-2023, пересекающихся календарем с Евролигой.

Третий новичок — литовский снайпер Марюс Григонис из «Жальгириса». За талант говорят его паспорт и статистика прошлого сезона (34 из 34 матчей Евролиги — в стартовой пятерке, в среднем 13,4 очка, 45 процентов трехочковых). Да и со страстью порядок.

https://twitter.com/VTBUL/status/1440364043118673929

Отдельный трансферный успех — расторжение контракта с Майком Джеймсом. А мы уж думали, так и останется играть за вторую команду еще на два года, чтобы сохранить зарплату.

https://twitter.com/BasketNews_com/status/1433526565430693888

Очень много переходов

В этом сезоне в Единой лиге минус один клуб — и это грустно. Зато у бывших игроков «Химок» теперь новые команды (или плохо забытые старые). Сергей Карасев и Джордан Микки — в «Зените», Вячеслав Зайцев и Евгений Валиев — в УНИКСе, Эрик Макколлум — в «Локо», Евгений Воронов — в «Парме».

Подмосковная ярмарка выходного дня.

https://twitter.com/Khimkibasket/status/1401838412093661184

Казань и Воронцевич — снова в Евролиге

УНИКС вернулся в Евролигу спустя пять лет. И тут же расстался с главным тренером Димитрисом Прифтисом. История напоминала бы футбольный «Спартак», если бы тот не вылетел из квалификации Лиги чемпионов. В элитном баскетбольном еврокубке отбора больше нет — от него отказались, чтобы клубам было проще планировать бюджеты. Еще в апреле в Казани узнали, за какие цели будут бороться в сезоне-2021/22, и усиление под Евролигу оказалось суперсерьезным.

Защитник Марко Списсу играл на Олимпиаде в Токио, где сборная Италии заняла 5-е место. Уилл Томас пришел из «Зенита» и ушел, не сыграв ни одного матча. Поссориться с тренером Велимиром Перасовичем можно быстрее, чем долететь до России из США. Артем Комолов, Евгений Валиев, Вячеслав Зайцев и капитан сборной России Андрей Воронцевич — похоже, в Казани открывается филиал главной команды страны. Особенно круто будет посмотреть на 34-летнего Воронцевича — самого титулованного игрока России в XXI веке (на пару с Виктором Хряпой). Нет, он еще не заканчивает — и готов по-настоящему бороться за доверие Перасовича, а не банально получать зарплату на правах «лимитчика».

https://twitter.com/unicsbasket/status/1437443805091930114

Взрывной хорватский тренер — полная противоположность дипломатичного Прифтиса, и на это будет как минимум интересно смотреть. Отдельную партию попкорна заказывайте под матчи УНИКСа и ЦСКА. Не только потому, что это финалисты прошлого сезона, но и просто ради наблюдения за тренерами. Перасович, кстати, привез в Казань одного из лучших соотечественников — Марио Хезонью (5 лет в НБА, прошлый сезон заканчивал в «Панатинаикосе»).

Новые звезды из НБА и Евролиги

Хезонья считался главной новой звездой в российском баскетболе до этой недели, когда все в ту же Казань приехал О Джей Майо — третий номер драфта НБА-2008.

https://twitter.com/unicsbasket/status/1439853093039001601

На всякий случай первым тогда задрафтовали Деррика Роуза, а ниже Майо ушли Расселл Уэстбрук, Кевин Лав, Брук Лопес и… наш Александр Каун.

Еще из крутых новичков с опытом НБА — Шабазз Нейпир (никогда не играл за пределами США, а тут раз — и Санкт-Петербург, не штат Флорида), который, правда, травмировался в последнем предсезонном матче с ЦСКА, Джордан Лойд (чемпион НБА-2018/19 в составе «Торонто»), лучший игрок американской G-лиги (это как наша ФНЛ) сезона-2017/18 Лоренцо Браун.

Пристегните ремни и наслаждайтесь полетом — начинаем 23 сентября в 18:55 по Москве.

Впервые — без «Химок»

И это тоже делает сезон особенным. Ушли все. Но верим, что клуб вернется.

Умер Душан Ивкович. С этого тренера началась история современного ЦСКА

И множества российских игроков.

• Сегодня в Белграде в возрасте 77 лет умер легендарный сербский тренер, член Зала славы ФИБА Душан Ивкович
• С 2002-го по 2007 год он работал в российских клубах: три года в ЦСКА и два в московском «Динамо»
• Именно при нем ЦСКА начал регулярно выходить в «Финалы четырех» Евролиги
• «Динамо» под руководством Ивковича в сезоне-2005/06 выиграло Кубок ULEB и впервые в истории попало в Евролигу
• В качестве главного тренера сборной Югославии Ивкович выиграл три чемпионата Европы (1989, 1991, 1995), чемпионат мира-1990 и серебро Олимпиады-1988 в Сеуле

Даже в 77 лет он был Дудой.

Филологи учат, что есть «уменьшительно-ласкательные» имена. Вася, Сережа… А есть Дуда — это увеличительно-уважительное.

Википедия пишет, что он родственник Николы Теслы (сам Ивкович не любил об этом рассказывать). Чего не пишет — так это того, что именно с великого изобретателя в семье появилась страсть к голубям. Это все равно трудно представить. Что? Мы же видим, это строгий баскетбольный тренер. Какие голуби? Алло!

В лентах соцсетей в такие дни скорбь, к сожалению, перемешана с тщеславием. Все, кто имел какое-то отношение к баскетболу в России с 2002-го по 2007-й, вспоминают личные истории, называя Дуду чуть ли не лучшим другом. Опровергнуть это уже все равно некому, да и зачем? Сегодняшний день — не про это.

https://twitter.com/cskabasket/status/1438428481923211265

Лучше, чем те, кто с ним работал, о нем не расскажут. Понятно, что об умерших либо хорошо, либо никак. Но в цитатах очень легко отличить дежурные слова от теплых, настоящих эмоций. Почитайте Сергея Кущенко (вместе с Александром Гомельским приглашал Ивковича в ЦСКА), Андрея Ватутина (президента ЦСКА сейчас и заместителя Кущенко в те годы), Сергея Быкова (простил Дуде даже ссылку в Сургут), Виктора Хряпу (уехал в НБА после старта, который дал ему Ивкович) и убедитесь.

Быть строгим ко всем — часть образа железного тренера. Журналистам тоже доставалось на пресс-конференциях за «неправильные» вопросы — но кавычки тут обязательны. Ивкович мог спорить, переспрашивать в стиле «А вы точно смотрели тот же матч, что и я?», рассказывать, почему все на самом деле совсем не так. Не для того, чтобы унизить кого-то или показать, кто здесь действительно разбирается в баскетболе (как будто тут были сомнения). Просто он всегда требовал, чтобы его мысль понимали правильно. Больше, чем журналистам, на пресс-конференциях доставалось только переводчикам. Сербы, приезжающие в Россию, обычно начинают свободно говорить по-русски через несколько месяцев. Ивкович продолжал общаться с журналистами строго на английском, но, конечно, все прекрасно понимал. И нервничал, когда его неправильно переводили.

https://twitter.com/EuroLeague/status/1438500620579655689

Он сделал ЦСКА суперклубом, который все знают сегодня. Начиная с сезона-2002/03 московский клуб был в «Финалах четырех» Евролиги 17 раз. Первые три раза из этой серии — имени Ивковича. По словам Кущенко, тренер рискнул прийти в клуб, у которого на тот момент не было ни структуры, ни побед. И вывел на новый уровень. Туда, где ЦСКА и теперь. Это сейчас «Финалы четырех» никого не удивляют, все воспринимают их как данность и требуют только первого места. А тогда даже попадание в четверку считалось космосом. И в этом космосе команда Ивковича побывала трижды подряд.

Выиграть Евролигу с российским клубом у Дуды так и не получилось. Но его эпичную победу с «Олимпиакосом» в «Финале четырех»-2012 в России запомнили все.

2012 год должен был стать выдающимся для российского баскетбола. Летом сборная России выиграла бронзу Олимпиады в Лондоне, а Алексей Швед уехал в НБА вслед за Андреем Кириленко.

Но на этом фото они оба смотрят, как Георгиос Принтезис забивает победный мяч в корзину их команды за 0,7 секунды до финальной сирены. Видео, кстати, тоже есть.

Состав ЦСКА в тот сезон был одним из сильнейших в истории: Милош Теодосич, Рамунас Шишкаускас и Ненад Крстич в свои лучшие годы, молодой и уже яркий Швед, вернувшийся из-за локаута в НБА Кириленко. Примерно все были уверены, что главного соперника — «Панатинаикос» Желько Обрадовича — москвичи уже прошли в полуфинале. А когда «Барселона» на той же стадии проиграла «Оли», соперников тем более не осталось. Так считали, потому что в составе у Ивковича было всего две реальных суперзвезды: Василис Спанулис и Принтезис. 

https://twitter.com/SirHines/status/1438432910919585792

Еще был Кайл Хайнс, но настоящим Хайнсом он стал позже, уже в ЦСКА. А трем будущим звездам было по 22. Тогда их никто не знал — теперь знает вся баскетбольная Европа. Костас Папаниколау, Костас Слукас и Вангелис Мандзарис. Сделано в Греции Душаном Ивковичем.

Москвичи провели гениальную первую половину — особенно в защите: пропустили всего 20 очков за 20 минут. В большом перерыве жизнь была прекрасна — 34:20, и в раздевалке ЦСКА уже можно было ставить шампанское в холодильник. Тем временем в раздевалке «Олимпиакоса» стоял такой ор, что было слышно даже за 50 метров. Это был Ивкович.

В третьей четверти российская команда стала еще ближе к неизбежному: «+19» за 13 минут до конца. А потом началась история.

Никто не в силах остановить время. Но величайшие знают, как его замедлить.

Спустя 9 лет даже Принтезис со Спанулисом не могут точно ответить, что это было.

Магия Душана Ивковича. Она останется с нами.

«Брать игру на себя и быть индивидуалистом не одно и то же. Готов к обороне и требованиям Итудиса». Интервью Алексея Шведа

«Матч ТВ» расспросил защитника ЦСКА, вернувшегося из «Химок», о деталях и перспективах его перехода.

• «Постарались сыграть на публику»

• Два разных Шведа

• Скорость, резкость, передачи, перехваты

• Тренер не станет кричать без повода

• Как умирали «Химки»

• Кто помог разорвать контракт

• Стритбол и сборная

• Серьги и макароны

— Вы только что побывали с командой в Норильске, в гостях у компании-владельца. Каковы впечатления?

— Отличная поездка. Наверстал то, что не получилось 15 лет назад. Тогда просидели всей армейской молодежкой в аэропорту несколько часов, но так и не вылетели в Норильск из-за таймырской погоды. Разъехались по домам.

— В шахту спускались на этот раз?

— Нет, был на заводе, увидел, как выплавляется металл.

— К тем, кто занимается этим трудным делом, не появилось что-то вроде сочувствия?

— Появилось уважение. Гостеприимные люди, необычный город, где много заводов и непростые условия. Мы были в Норильске всего два дня, но успели поймать однажды запах из труб, а для местных это обыденность. Свайная архитектура, недостроенные или пустые дома тоже отложились в памяти. Но молодежь веселая, летает на «материк», когда есть возможность, любит свой город. Искренне желаю норильчанам удачи.

— Что можете сказать про матч с любительским «Норникелем»?

— Было больше веселья, чем соперничества. Чтобы зрители порадовались. Постарались сыграть на публику, с красивыми моментами.

— Получили установку не обороняться всерьез?

— Мы не хотели показывать жесткий баскетбол. Все понимали, что профессиональный клуб играет против любителей с неплохой подготовкой. Ребята работают на заводах, никто не собирался уничтожать их на паркете.

— Сказывалось преимущество соперников в весе?

— У нас в росте, у них в весе, — почти паритет. Хозяева молодцы, что сумели набрать 70 очков, думал, добьются меньшего. При этом выдали несколько хороших моментов: пасовали из-за спины, убегали в быстрые отрывы, забивали с фолом. Видно было, что любят баскетбол. Представляю, насколько тяжело им тренироваться после такой работы, когда хочется прийти, лечь и не двигаться.

— Главное впечатление от поездки — хорошо, что закончилась?

— Хорошо, что была. Посетил музей, дал интервью местному телевидению. Увидел избу первых норильских поселенцев, построенную, когда вокруг еще ничего не было: деревянная, три комнаты, столовая с печкой. Ее переносили с места на место несколько раз, но сохранили по крайней мере.

— В ЦСКА пришел тот же Швед, который уходил из него?

— Конечно, другой. Тому было 23, он почти не имел опыта. Этому 32, выступал в разных командах, включая американские, стал совсем другим игроком и человеком. Люди развиваются, меняются, они не могут остаться прежними, даже если захотели бы.

— Все изменения только в плюс?

— Ну, да. Окреп, стал мудрее.

— Что-то, однако, и уходит с возрастом.

— Соглашусь. В 20 лет мог носиться и прыгать без перерыва, теперь не забываю про восстановление. Хотя скорость сохранилась.

— А резкость?

— С ней тоже нет проблем.

— Эксперты считают, что вы можете быть опасным для ЦСКА, поскольку склонны к индивидуальным действиям, а армейцы выстроены командно.

— Люблю брать игру на себя, но не в ущерб партнерам и результату. Всегда отдавал много передач, в минувшем сезоне Евролиги стал первым по этому показателю. Командные интересы для меня важнее.

— Передачи и очки, по которым вы тоже первый, — хорошо. Как насчет обороны?

— Не сомневаюсь, что справлюсь. Играл против сильных соперников, по перехватам, были сезоны, становился вторым-третьим, в том числе в ЦСКА. Требований вроде того, что буду только атаковать, а остальные защищаться, не выдвигал и на площадке так себя не вел.

— У вас характер, у Димитриса Итудиса тоже, Майк Джеймс подтвердит. Готовы к ситуациям, когда придется уступать?

— Перед возвращением в ЦСКА несколько раз разговаривал с тренером, уверен, все будет хорошо. Он главный, он решает кому, где и сколько играть. Я выполняю. Если тренер повышает тон, значит, хочет до тебя достучаться, видит ошибки. Не станет же он без повода кричать. А дальше есть короткий период, за который нужно объяснить все так, чтобы тебя поняли. Мы с Итудисом нормально общаемся, не вижу смысла переживать на этот счет.

— Какие варианты продолжения карьеры, кроме ЦСКА, рассматривали после «Химок»?

— Агент предлагал несколько команд, например, в Испании, но сразу ему сказал, что не интересуюсь другими предложениями, хочу только в ЦСКА, в сильный клуб с сильным тренером и менеджментом.

— Если отмотать ситуацию на шесть лет назад, когда вы имели предложение от «Нью-Йорк Никс», но предпочли «Химки», остались бы в НБА?

— Никогда не возвращаюсь к пройденному. Бесполезно раздумывать, когда все уже случилось. Но скорее всего поступил бы так же.

— Тяжело было видеть, как умирали «Химки»?

— Непросто. Сильный клуб, четыре сезона подряд играл в Евролиге, хотя прежде не задерживался дольше одного. Мы бились в Лиге ВТБ, попадали в финалы, на матчи приходило много болельщиков. И вдруг за несколько месяцев все рухнуло. Вместо Евролиги — суперлига.

— По каким признакам поняли, что дела обстоят неважно?

— Стали разъезжаться иностранцы, остались только Мики и Макколум. Молодцы, что доиграли сезон, не бросили команду в трудный момент, но «Химки» это не спасло. Когда начались задержки по зарплатам, первым уехал Букер. Всех предупредил, что так поступит, возможно, клуб надеялся, что он передумает, но нет.

— С вами рассчитались в итоге?

— Там я разорвал контракт, с ЦСКА подписал, вопрос решился без взаимных претензий.

— А вот Валиев подал в суд.

— Поверхностно владею ситуацией, но она была другой, связанной со вторым годом его контракта.

— Другие недовольные остались?

— Клуб рассчитался почти со всеми, насколько знаю.

— Президент ЦСКА Андрей Ватутин сказал в интервью «СЭ», что ваш переход не потребовал существенных затрат, и поблагодарил Алишера Усманова. Логика вынуждает спросить: у вас с миллиардером личный контракт?

— Скажу так: люди выполнили обещания и дали мне возможность перейти в ЦСКА. Искренне благодарен, очень ценю и всегда буду помнить. Остальное лучше спросить у руководства.

— Может, речь о меценатстве или персональном спонсорстве?

— Были определенные условия, но о них нужно говорить не со мной. (По имеющейся информации, USM Нoldings Алишера Усманова «поучаствовал в расторжении контракта» Шведа с «Химками» таким образом, что его переход в ЦСКА стал менее обременительным для нового клуба. Речь о компиляции старых и новых обязательств, устраивающей все стороны, а также о согласии Шведа занять гибкую позицию в данном вопросе. — «Матч ТВ»).

— Смотрели олимпийский баскетбол 3×3?

— Пропустил почти всю Олимпиаду. Отдыхал, готовился к сезону, проводил много времени с женой, дочками и родителями. Следил за событиями, но у телевизора не сидел.

— Знакомы с кем-то из наших серебряных призеров?

— Да, ребята проводили сборы с «Химками» в мои первые сезоны. Отлично знаю по ЦСКА тренера стритболистов Георгия Артемьева. Поддерживаем отношения на протяжении всей карьеры, в любой момент рад его видеть.

— Почему в уличном баскетболе у нас два серебра Олимпиады, а в классическом проигрываем Мексике?

— 3×3 — новый вид спорта, ему еще предстоит пережить профессиональный бум. Ближайшие 10-15 лет все покажут, но перспективы заманчивы: стритбол нравится зрителям, игроков привлекает возможность попасть на Олимпиаду с улицы. Возможно, 3×3 оттянет часть тех, кто стремится попасть в 5×5. Но это не отменяет успеха наших в Токио. Великолепный результат.

— По технике стритбол сильно отличается от классической версии?

— Не очень. Кольцо на той же высоте, нагрузка схожа. Стритбол, правда, более контактный, в нем меньше фолов и комбинаций, много игры один в один.

— Себя видите в таком баскетболе?

— Нет, мой вид 5×5. Хотя все детство провел под уличным кольцом, и стритбол мне нравится.

— Мы еще увидим вас в форме сборной России?

— Исключено. Предупредил Андрея Кириленко и Сергея Базаревича о том, что закончил выступления в национальной команде.

— Почему?

— С 16 лет играл за молодежку, потом за первую сборную. Это много. Почти все бывшие партнеры закончили, пришло и мое время.

— Если поменяется тренерский штаб или менеджмент сборной, это не повлияет на ваше решение?

— Нет. Тут нет никакой связи.

— У вас в ушах серьги, кольца и гвоздики. Что означают их число и форма?

— Ничего, просто нравится. Одни ношу с 17 лет, другие от случая к случаю. Цвет металла и караты значения тоже не имеют, дело не в роскоши. Перед игрой снимаю, разумеется. Знаю истории про то, как украшения цеплялись за кольца или соперников, это приводило к серьезным травмам.

— Как поживает сеть ваших кафе, специализирующихся на макаронах и сыре?

— Оживает после пандемии. В три наших заведения стало заглядывать гораздо больше людей, спрос хороший, даже отличный, динамика позитивная.    

Тундра и оленина, сера и никель, электролизники и стивидоры. ЦСКА побывал на Таймыре — репортаж очевидца

Армейцы нанесли ураганный визит в главный город своего акционера — очень северный Норильск.

ИСТОРИЯ

— Как одеваться в поездку?

— У нас тепло. Возьми легкий летний пуховик, не замерзнешь.

Реальный диалог между москвичом и жителем Таймыра в преддверии визита ЦСКА. Легкий. Летний. Пуховик. Клубок антонимов.

Хотя в Норильске и впрямь тепло, 14 градусов. До зимы еще полмесяца, можно греться впрок.

Армейцы на Севере повторно. Правда, в 2004-м в Норильск не пускали иностранцев, приехала только российская часть команды. Позже никелевое производство посетила молодежка, но не на Таймыре, а на Кольском полуострове, в Мончегорске. После победного «Финала четырех»-2006 армейцы были снова званы в гости к «Норильскому никелю», но пять часов просидели в аэропорту и вернулись по домам — пункт назначения не принимал из-за погоды. На этот раз все сложилось. Теплый таймырский август, легкий летний пуховик, — добро пожаловать.

В самой первой поездке побывали четверо из нынешней делегации: президент ЦСКА Андрей Ватутин, спортивный директор Андрей Щепанков, тренер, а тогда игрок, Антон Юдин и журналист Никита Загдай. Позже их путь повторил Сергей Тараканов. Остальные оказались на Таймыре впервые. И вряд ли пожалели.

Нужны ли вообще такие поездки? Уверен в этом. Что бы ни говорилось про важных богатых дядек, поддерживающих баскетбольный клуб и даже владеющих им, деньги для ЦСКА добывают другие. Живущие очень далеко и работающие очень тяжело. Привезти к ним баскетболистов — не показуха, а акт человеческой благодарности. Пропитанная Европой команда великанов была обязана поклониться работягам, вотчина которых не имеет сухопутного сообщения с Большой землей, за их вклад в победы и кубки.

Трудно придумать что-то более мотивирующее и для самих баскетболистов. Они побеждали «Реал» и «Барселону», но никогда не бывали в чреве мерзлой земли за километр от поверхности. Не знали о полусуточных сменах, черной руде, давящих сводах и хлюпающей жиже. Не видели гигантских ковшей с расплавленным металлом. Не обоняли серный выхлоп ближайшей трубы, напоминающий о шалостях со спичками, колбах школьной лаборатории или каноническом Inferno «Божественной комедии» Данте. Не слышали вместо привычного «рудни́к» профессиональное «ру́дник».

Побывай в Норильске Майк Джеймс, не уверен, что он с той же категоричностью отстаивал бы свою вербальную правоту против не менее пылкого Димитриса Итудиса. Очень многое отступает на второй план, когда осязаешь горняцкий труд и сознаешь, чьи деньги толстыми брикетами валятся тебе на карту.

Кстати, Джеймс, по моей информации, вернулся в ЦСКА, чтобы индивидуально тренироваться и играть за молодежный состав. Воссоединение американца с греком в первой команде невозможно (пока?), а жертвовать частью заработка при расторжении контракта Майк не намерен. Клуб обязан предоставить ему условия для тренировок и матчей — игрок их получит. Да и никеля на Таймыре еще много: поддерживай форму себе на радость, мистер Джеймс.

ДОРОГА

«Добро пожаловать в Красноярский край, где упал легендарный Тунгусский метеорит» — приветствует прилетающих МТС. Глядя в иллюминатор, дивишься такому рекламному ходу, но «эсэмэске» веришь.

Окрестности Норильска очеловечены и оттого еще более суровы. Скупая полярная природа перемешана с жестким «индастриалом» сродни «Сталкеру» Тарковского. Порой хочется что-нибудь развидеть, но понимаешь: еще сто лет назад в этих краях не было вообще ничего, кроме впаянных в мерзлоту четырнадцати редких элементов таблицы Менделеева. Требовалось добыть их без «Гринписа», Греты Тунберг, подручных средств и живой силы, в условиях жуткой 10-месячной зимы.

Добывают по сей день — вопреки ничуть не изменившемся климату: даже в конце августа в распадках у дороги сохранился прошлогодний снег. Или позапрошлогодний, определить можно, наверное, лишь по шлаку в снежной толще.

Кстати, это единственная асфальтовая дорога на Таймыре. Соединяет Норильск, Кайеркан и Дудинку с аэропортом Алыкель. Терпимого качества покрытие уложено, скорее всего, на бетонные плиты, а те на мерзлоту. Из-за этого фотографировать на ходу непросто: значительная часть 50-километровой трассы до Норильска синусоидна. До Дудинки примерно столько же, но в противоположную сторону.

Раньше аэропорт располагался ближе к столице полуострова. В народе его прозвали «Надежда»: улететь из-за жутких ветров можно далеко не всегда, шансы умирали последними. Теперь это запротоколировано не только в монументе, но и в названии Надеждинского металлургического завода, о посещении которого ниже.

Параллельно асфальтовой дороге идет «железка». Вдоль нее сохранились электрические столбы, на которых нет проводов. Когда-то по рельсам ходили электровозы, потом их признали нерентабельными. Провода сняли, локомотивы стали использовать тепло. А трупы старой техники покоятся в своеобразном музее под открытым небом.

Справедливости ради, видны робкие попытки облагородить ландшафт. Что-то где-то присыпается и разравнивается, желтеют редкие бульдозеры, вода в каменистых ручьях имеет естественный цвет. Работы впереди много. Рано или поздно она будет сделана. Обязана быть сделана — не такие уж огромные по планетарным меркам пространства изнасилованы человеком.

ГОРОД

Сам Норильск прост и понятен. При желании в нем можно увидеть родство с Санкт-Петербургом: центр возводили ленинградские архитекторы.

Без желания в Норильске можно увидеть что угодно. Вроде бы есть места и похуже, однако для полноты ощущений необходимо побывать в столице Таймыра зимой. На что надеюсь и чего побаиваюсь одновременно.

В городе есть культурная жизнь, в труппе здешнего театра некогда вынужденно блистали Жженов и Смоктуновский.

Объект, внесенный в Книгу рекордов Гиннеса, — самая северная в мире мечеть. Построена, как все здания Норильска, на сваях, другого подхода мерзлота не приемлет. Судя по людям на улицах, в городе немало мусульман, так что без посетителей мечеть не простаивает.

Коренные норильчане говорят на правильном русском. Общался с несколькими — свежи, подтянуты, почти румяны, любят малую родину, где вода из крана, кстати, пригодна для питья. Вряд ли ее добывают из-под замороженной земли, скорее, работает мощная очистка.

Дворец спорта, в котором играл ЦСКА (да, в Норильске он еще и играл), называется «Айка». С этим словом связана интересная быль.

Знаменитый норильский режиссер-документалист Юрий Ледин, снимавший полярную жизнь как никто на планете, держал дома медведицу. Взял ее крошечной для съемок, выгуливал на улице, выпускал охладиться на балкон. Айка привязалась к семье Ледина и не выдержала, когда пришлось отдать ее, годовалую, но 80-килограммовую, в берлинский зоопарк. Белые медвежата живут с мамой до полутора лет. Оставшись без тех, к кому привыкла, Айка умерла.

В Норильске чтят память о медведице — в честь нее назван дворец спорта в самом центре города.

ЗАВОД

Поутру делегацию ЦСКА разделили на три части и отправили знакомиться с главной темой — добычей цветных металлов. В программе значились две шахты и металлургический завод.

Предварительно всех приодели в спецовки и ботинки.

Куртка и штаны попались крепкие, грибникам и рыбакам за счастье. На бирке брюк значились степень защиты и название — «Челси». Верхняя половина спецовки осталась безымянной: «Версаль» или «Ротшильд», вероятно, не прошли тест на звучность.

Дорога на металлургический завод, все та же, единственная, лежит мимо завода медного. Говорят, там в ходу испарение, обогащение и рафинирование, возможно, ЦСКА познакомится с этими процессами в ходе следующего визита.

А заодно узнает, что это такое. В принципе, и так понятно, но пара мелких уточнений не навредят.

Экскурсия на завод началась с музеев, упростивших многое из казавшегося сложным. По крайней мере, стало ясно, что и как выглядит.

Кое-что вспомнилось, видимо, ценилось заводчанами в советское время (не является рекламой, поскольку больше не производится и не продается).

А кое-что и порадовало. Подпортить достойную статистику армейцы не смогли и, к счастью, не пытались.

Гвоздь программы — цех, где горячий метал разливается в формы. Зрелище эпическое, особенно если знать детали.

Ковша хватает на полтора года, после этого наливной клюв выгорает, ковш приходится менять. Одна застывшая форма (файнштейн) весит 26 тонн. Половина этой массы — никель. При нынешних ценах 13 тонн никеля тянут на четверть миллиона долларов. Вторую половину составляют другие металлы, их меньше по процентному соотношению, но сами они дороже. Так что стоимость файнштейна — между пятистами тысячами и миллионом долларов.

При нас налили два. Баскетболисты оценили, порядок цифр им знаком.

Одновременно мы узнали, что готовится к вводу в эксплуатацию производство для нейтрализации сернистых газов. При обработке руды выделяется огромное их количество, это наносит вред экологии. Скоро газы будут преобразовываться в промышленную серную кислоту. Новый завод станет убыточным и предназначенным только для защиты окружающей среды. Хозяева корпорации признали: природа не выдержит, если человек не изменит отношение к ней.

Информация воодушевила, поскольку на выходе с завода мы хватанули немножко серого тумана из ближних труб. Изменился ветер, прибило к земле. Местные не реагировали — привыкли. Кто-то накрыл машину защитным чехлом, лакокрасочное покрытие, сказал, недружелюбно воспринимает. И пошел дальше по своим делам.

ШАХТА

О посещении шахты «Комсомольская» мне рассказал прославленный армеец, олимпийский чемпион, комментатор «Матч ТВ» Сергей Тараканов. Увиденное его потрясло.

— Рад, что побывал, но не знаю, как охарактеризовать впечатления. Слово «понравилось» не совсем правильное, скорее, был поражен.

— Чем в первую очередь?

— Масштабом. 850 метров глубины, спускались несколько минут, клеть идет со скоростью пять метров в секунду. Вмещает человек 40, нас было гораздо меньше, но поместились впритирку.

— Перед спуском был серьезный инструктаж, медобследование и даже алкотест. Получили фонари, респираторы, каски, чемоданчики «Самоспас».

— Что, простите?

— Комплект на случай аварийной ситуации. Инструктор предупредил: «Берегите кислород. Оставаясь на месте, протянете четыре часа, станете двигаться — час». Такое тонизирует.

— На металлургическом заводе несчастных случаев не было два года. А в шахте?

— За прошлый год тоже ни одного, как мне сказали.

— Писали, что отколовшийся кусок породы упал на кабину грузовика, вывозившего из шахты руду.

— По крайней мере, не массовое ЧП. Жаль пострадавших, все шахты мира непредсказуемы.

— Что еще запомнилось?

— Как парень управлял тяжелым бульдозером с помощью джойстика. Наверное, гений компьютерных игр. Люди сидят на командном пункте и видят все, что происходит на руднике. Несколько лет назад им провели wi-fi, теперь значительную часть работ выполняют беспилотники. Классических горняков в шахте мало. Но есть.

— Своды давят?

— Они довольно высокие и укрепленные. Сначала ставятся деревянные подпорки, потом заливается бетон. Но рудник не везде одинаков, современные технологии сочетаются с традиционными горняцкими условиями, которые трудно облегчить.

— Например?

— С учетом всей подготовки люди добираются до забоя час. Сначала спускаются вертикально, затем садятся в герметичный поезд и едут по горизонтали еще полтора километра. В конце маршрута свет сменяется тьмой.

— Смена длится 11 часов. В месяц таких смен 15. Ошеломлен нагрузкой, которая выпадает на людей. Их профессия требует огромного запаса физических и душевных сил.

— Пыль от руды в воздухе чувствуется?

— Пыли нет, иногда пробивается запах аммиака, под ногами влага. Пытался отмыть ботинки на выходе — не получилось. В шахте сложная система подачи кислорода и вообще максимально задействована инженерная мысль. Не перестаю удивляться, как можно предусмотреть работу массы технологичного оборудования на такой глубине и удаленности от входа. При очень большом количестве туннелей.

— Внизу есть специальные указатели и сигналы для того, чтобы могли разъехаться тягачи. Каждый знает свой маневр, идет непрерывный отлаженный процесс добычи. И все же экскурсия забрала у меня массу эмоций, настолько в шахте необычно, масштабно, труднопостижимо. Мы с вами беседуем под низким норильским небом, и то немножко придавлены. Попробуйте представить, каково работать в темноте и под гнетом километра земли. На мой взгляд, горняки очень необычные люди. Невероятно тяжелый труд.

— Раньше я уже бывал в Норильске, смог прилететь с третьей попытки с частью армейской молодежки. Дело было зимой, на Таймыре это отдельная история. Привезли нас на медный завод, где гальваника, аноды с катодами и ботинки на толстенной подошве, чтобы не проело. Так вот медный по сравнению с тем, что увидел сегодня, рай.

МАТЧ

После экскурсий состоялся мастер-класс. Звучит заезжено, но лишь в том случае, если не наблюдать вблизи. Тренеры одного из самых титулованных клубов мира объясняли норильским подросткам, как правильно ставить ногу при обороне, уходить с мячом, искать партнера. Подростки слушали, выполняли и сияли. А уж когда из нескольких десятков детей ростом в треть Андрея Лопатина единственной девочке удалось забить из-под самого Андрея Лопатина, нужно было видеть детские глаза. И девочки, и восхищенных ей мальчиков.

Вечером в почти полном зале «Айка» ЦСКА сыграл против команды «Норникель». Мне удалось узнать основные специальности таймырских игроков. Чистильщик продукции 4 разряда. Электролизник водных растворов. Электромонтер. Машинист буровой установки. Инженер-электроник. Техник-энергетик. Начальник управления по работе с персоналом. Слесарь-ремонтник. Мастер участка. Составитель поездов. Горнорабочий очистного забоя. Стивидор. Последнее слово понимать отказываюсь, ни к чему оно мне. Но в целом поэтика угрожающая.

Лишь двое у хозяев оказались 1978 года рождения, остальные от 40 и младше, самый спортивный пик. Седой так вообще один. Плотненьких побольше, но весовое преимущество в спорте никто не отменял.

Тем удивительнее, что «Норникель» сумел набрать 70 очков против 142 армейских. Предполагалось, воткнет 20-30, не больше. Напрасные ожидания: оказывается, электролизники и стивидоры умеют играть в баскетбол. На своем таймырском уровне, однако кто сказал, что он слабый?

Проходили у «Норникеля» и сложные комбинации, и трехочковые, и скрытые пасы, и даже подобие «парашютов». Причем ЦСКА, лишь недавно приступивший к тренировкам, совершенно не жалел норильчан в атаке. Хотя из уважения к зрителям и не особо жестил в обороне. В результате игра вышла куда более достойной, чем могла бы, мужики из Норильска заслужили право быть довольными собой. А у армейцев впереди много работы.

Краткий итог поездки: она не оставила равнодушной ни принимающую сторону, идеально все организовавшую, ни баскетбольную команду. То, что ЦСКА увидел в Норильске, способно не перепахать, так всколыхнуть. Ни на что не похожие рельефы, убойное техно заводов и шахт, удаленность от мира, город на сваях, трубы и тундра, мерзлота и оленина в меню.

Вернувшись, я нашел кучу справочной информации о странном месте, где побывал. Не уверен, что так же поступили игроки ЦСКА, но как минимум задумались они наверняка. О себе, о людях и о жизни.

Алексей Швед вернулся в ЦСКА, но спонсор «Химок» продолжит ему платить. Как это?

Главный трансфер этого лета.

Алексей Швед все-таки не поедет доигрывать в Китай. Он остается в Евролиге, остается в России, остается в Москве.

То, что было слухом последний месяц, наконец стало официальным. В четверг ЦСКА объявил о контракте по схеме «1+1».

https://twitter.com/EuroLeague/status/1425730841070682116

Подписание состоялось в новом офисе ЦСКА (старый, только что отремонтированный, пошел под снос вместе с остальным УСК имени Гомельского):

https://twitter.com/cskabasket/status/1425719516521275396

Первые слова Шведа в новой-старой команде:

— Очень рад вернуться домой, в сильнейший клуб Европы. Надеюсь, вместе покажем максимальные результаты. Будем над этим усердно работать. С нетерпением жду начала сезона, хочу скорее снова выйти на паркет в цветах ЦСКА.

https://twitter.com/cskabasket/status/1425713934145835009

Девять лет назад, он уехал из ЦСКА молодой звездой, готовой к старту в НБА. Тем же летом, уже после подписания контракта с «Миннесотой», привел сборную России к первым в ее истории медалям Олимпиады в Лондоне, набрав 25 очков в бронзовом матче с Аргентиной. Ему было 23, и команда уровня «Тимбервулвз» должна была стать идеальным трамплином для карьеры.

Игроков, похожих на Шведа, очень мало в Евролиге и еще меньше (ноль?) в России. Такие, как он и вдохновлявший его в детстве Аллен Айверсон, вообще созданы для НБА. В этой шоу-лиге на первом месте индивидуальное мастерство и умение решать исход матча в одиночку, а игра в защите не входит в обязательные требования при приеме на работу.

Тем не менее после трех сезонов в НБА Алексей вернулся домой. Варианты остаться в Северной Америке вроде бы были, но между ролевиком с перспективой очередного внезапного обмена (их у Шведа было три за три года) и звездой № 1 дома Швед выбирал быстрее, чем его трехочковый из угла летит от рук до корзины.

Его возвращение получилось громким, а к самому Алексею с подачи «Матч ТВ» приклеилось звание «Самый яркий баскетболист России». «Химки» стали постоянными участниками Евролиги, а их первый номер дважды становился лучшим снайпером турнира (в том числе в последнем сезоне).

Прошлым летом «Химки» и Швед подписали новый контракт на три сезона (до лета 2023-го). Но в середине прошлого сезона случилось страшное: главный спонсор клуба перестал его финансировать. До конца сезона в Евролиге и лиге ВТБ команда как-то доползла, и без глубокого погружения в подмосковные баскетбольные подробности могло показаться, что все не так плохо.

Это только казалось. Сейчас уже точно известно, что в следующем сезоне Единой лиги «Химок» не будет. Клуб продолжит содержать команду Суперлиги (второй по силе «этаж» чемпионата России) и молодежный проект.

Но как быть с контрактом, который должен был действовать еще два года?

А никак. Если бы Швед не перешел в другую команду, «Химки» должны были бы ему заплатить за два сезона что-то вроде 5 миллионов евро (информация неофициальная, по оценкам Eurohoops, но главное здесь — не аптекарская точность, а порядок цифр). Без главного спонсора таких денег клуб не нашел бы. Останься Швед (хотя зачем?) — и это стало бы для подмосковного клуба билетом в один конец на электричку до Ленинградского вокзала банкротства.

Выход нашелся. Правда, спонсору «Химок» все-таки придется платить. Оказалось, что это единственный способ обеспечить выживание клуба — платить Шведу по контракту. С такой суммой вряд ли было бы разумно оставаться в «Химках» и пылить в Суперлиге. Оставалось найти того, кто даст Алексею играть, и много. А в ЦСКА после ухода Майка Джеймса как раз освбодилась должность звездного плеймейкера.

https://twitter.com/cskabasket/status/1425860209050890241

Оставалось решить последнюю проблему: как убедить ЦСКА заплатить 2,5 миллиона евро в год? Снова никак. Но решение все-таки нашли.

ЦСКА — идеальный вариант для Шведа. Он остается в Москве, не нужно никуда перевозить семью с двумя маленькими детьми, да еще и в зарплате не потеряет. Как сообщал BasketNews, спонсор «Химок» покроет разницу в старом и новом контрактах Алексея. Условно говоря, если в Москве ему положили 1,6 миллиона, еще 900 тысяч заплатит спонсор «Химок». Поэтому Швед – тоже идеальный вариант для ЦСКА.

Как это работает? Не спрашивайте. Просто это единственный способ спасти подмосковный баскетбол от финансового вымирания.

Теперь надо проверить, окупятся инвестиции или нет. Ждите ежегодного отчета перед акционерами в мае 2022-го.

«Надеюсь, клуб продолжит существование». Сергей Карасев — о «Химках», возвращении в «Зенит» и планах на Евролигу

Сергей Карасев, вернувшийся в «Зенит» после двух лет в «Химках», в эксклюзивном интервью корреспонденту «Матч ТВ» рассказал, с какими чувствами подписывал новый контракт, о чем разговаривал накануне с главным тренером и чего ждет от предстоящего сезона.

«Очень рад вернуться домой»

— Связаны ли какие-то особые эмоции с подписанием контракта с «Зенитом»? Понятно, что любой переход для спортсмена не рядовое событие, но вы все-таки вернулись домой.

— Да, безусловно, я очень рад. В моей семье все из Петербурга, к тому же я отыграл здесь три года — это было отличное время. Сейчас с очень позитивным настроем возвращаюсь домой. Эти два года, что меня тут не было, «Зенит» показывал очень хорошую игру, особенно в прошлом сезоне. Команда калибра плей-офф Евролиги, финала Единой лиги ВТБ. Надеюсь быстро вольюсь в коллектив и по максимуму помогу, чем смогу.

— Как происходило приглашение в команду? Общались ли с главным тренером?

— Общался, да, и с главным тренером, и с генеральным менеджером еще до подписания контракта. Мне очень понравилось, как мы сели и поговорили с Хавьером Паскуалем. Он рассказал, как видит меня в команде, каким образом хочет использовать. Мне это было очень приятно и вообще понравилось, в каком направлении он движется в плане баскетбола. Это был очень важный момент. Да и Паскуаль уже показал, сколь классным специалистом является, проделав огромную работу с командой. Так что фактор тренера очень сказался на подписании.

«Если бы не рассчитывал играть в Евролиге, вряд ли бы перешел в «Зенит»

— Можно хотя бы в общих чертах раскрыть, как именно Паскуаль видит вас в команде и что еще было сказано по ходу того разговора?

— Всего рассказать не могу. Если вкратце, тренер объяснил, на каких позициях видит меня. Понятно, что это второй или третий номер, в каких-то моментах нужно помогать при выводе мяча с первого номера. Также сообщил, над чем мне надо работать и в каких ситуациях он хочет меня использовать (игра в пик-н-ролл, выход из пиндаунов и так далее). Разговор был очень плодотворным и приятным. Сейчас уже тренируюсь индивидуально, потому что знаю, что сезон будет очень непростым. Надо на максимуме подойти к предсезонке, подготовить свое тело настолько, чтобы постараться избежать даже минимального риска травмироваться.

— Многие обращали внимание на то, что у Паскуаля российские игроки проводили не так много времени на площадке в Евролиге. Вы рассчитываете играть в главном европейском турнире?

— Если бы я не рассчитывал играть в Евролиге, вряд ли бы сюда шел. Все будет зависеть от меня, я буду прикладывать все силы, работать над своим функциональным, физическим, эмоциональным состоянием. Очень надеюсь, что у нас с тренером найдется общий язык и мы будем помогать клубу добиваться поставленных целей.

«Сокращение количества российских клубов никому не пойдет на пользу»

— За ситуацией с «Химками» продолжаете следить? Болельщики даже обратились за помощью к Путину. Вас судьба бывшей команды волнует?

— Безусловно. Меня вообще волнует состояние любого клуба в России. Ты же думаешь не только о себе, но и о следующем поколении, о своих детях в конце концов. Баскетбол — это то, чем мы занимаемся, на что уходит 80 процентов нашей жизни. Если будет сокращение российских клубов, это никому на пользу не пойдет. Поэтому я верю, что найдутся люди, которые возьмутся за «Химки» и клуб продолжит свое существование.

— Участие команды в предстоящем сезоне еще можно спасти или уже наивно надеяться на это?

— Если найти спонсоров, то, конечно, можно спасти. Самое главное, чтобы эти люди были, а от их наличия уже можно будет отталкиваться. Безусловно, все будут на это надеяться, а там уж как получится.

Читайте также:

• Сборная России вела всю игру, но в итоге проиграла немцам. Шансов на Олимпиаду больше нет (Видео)